Карибский кризис. Причины и ход кризисаСтраница 5
Американский военный самолет-разведчик У-2 сделал фотоснимки, которые со всей убедительностью показывали строящиеся на Кубе стартовые шахты для баллистических ракет. 16 октября 1962 года эти снимки увидел президент Кеннеди. Первыми его словами были: «Мы должны их разбомбить». Подумав, он добавил: «Возможно…».[7]
Несколько дней ушло на получение дополнительных сведений по всем имеющимся каналам, обсуждение вопроса. Кеннеди и его ближайшие помощники встретились с министром иностранных дел СССР Громыко. Тот уже догадывался, о чем его хотят спросить и заранее приготовил ответ – ракеты доставлены на Кубу по просьбе кубинского правительства, имеют только тактические значение, призваны защищать Кубу от вторжения с моря и самим США никак не угрожают. Но прямого вопроса Кеннеди так и не задал. Тем не менее Громыко все понял и сообщил в Москву, что американцам скорее всего уже известно о планах размещения ядерного оружия на Кубе.[8]
Хрущев немедленно собрал совещание высшего военного и партийного руководства. Хрущев был явно напуган возможной войной и поэтому велел отправить Плиеву приказ ни в коем случае, чтобы не случилось, не применять ядерные заряды. Что делать дальше, никто не знал и поэтому оставалось только ждать развития событий.
А в это время в Белом Доме решали, как поступить. Большинство советников президента выступали за бомбардировку стартовых площадок советских ракет. Кеннеди колебался какое-то время, но в конце концов решил приказ о бомбовом ударе по Кубе не отдавать.
22 октября президент Кеннеди обратился по радио и телевидению к американскому народу. Он сообщил, что на Кубе обнаружены советские ракеты, и потребовал от СССР немедленно удалить их. Кеннеди объявил, что США вводят «карантин» Кубы и будут досматривать все суда, направляющиеся на остров для того, чтобы помешать доставке туда ядерного оружия.
То, что США воздержались от немедленной бомбардировки, было воспринято Хрущевым как проявление слабости. Им было направлено письмо в адрес президента Кеннеди, в котором он требовал от США снять блокаду Кубы. В письме по существу содержалась недвусмысленная угроза начать войну. Одновременно в средствах массовой информации СССР было объявлено об отмене отпусков и увольнительных для военных.
24 октября по просьбе СССР срочно собрался Совет Безопасности ООН. Советский Союз продолжал упорно отрицать наличие на Кубе ядерных ракет. Даже тогда, когда на большом экране всем присутствующим были показаны фотоснимки ракетных шахт на Кубе, советская делегация продолжала стоять на своем, как ни в чем ни бывало. Потеряв терпение, один из представителей США задал вопрос советскому представителю: «так есть на Кубе советские ракеты, способные нести ядерное оружие? Да или нет?»
Дипломат с непроницаемым лицом произнес : «В свое время вы получите ответ».[9]
Обстановка в Карибском море все более накалялась. К Кубе двигалось два десятка советских кораблей. Американские военные суда получили приказ остановить их, если потребуется - огнем. Американская армия получила приказ о повышенной боевой готовности, причем его специально передали в войска открытым текстом, без кодировки, чтобы об этом быстрее узнало советское военное командование.
Это достигло цели: по личному распоряжению Хрущева советские корабли, направлявшиеся на Кубу, повернули обратно. Делая хорошую мину при плохой игре, Хрущев заявил, что оружия на Кубе уже достаточно. Члены Президиума ЦК выслушали это с каменными лицами. Им было ясно, что, по существу, Хрущев уже капитулировал.
Чтобы подсластить пилюлю своим военным, которые оказались в унизительно глупом положении, Хрущев приказал продолжать достраивать ракетные шахты и собирать бомбардировщики ИЛ-28. Измученные солдаты продолжали работать по 18 часов в сутки, хотя ни малейшего смысла в этом уже не было. Царила неразбериха. Неясно было, кто кому подчиняется. Например, Плиев не имел права отдавать приказы младшим по званию офицерам, отвечавшим за ядерное оружие. На пуск зенитных ракет необходимо было получать разрешение из Москвы. В то же время зенитчиками был получен приказ всеми силами препятствовать американским самолетам-разведчикам.
Последний штурм.
Медаль "За оборону Севастополя". Награждены 52 540 советских солдат и офицеров.
Штурм начался 7 июня. Упорная борьба и контратаки защитников продолжались более недели. В атакующих немецких ротах осталось, в среднем по 25 человек. Перелом наступил 17 июня: На южном участке атакующие заняли позицию, известную как "орлино ...
Награды
Золотая медаль имени К.Э.Циолковского (АН СССР), медаль де Лаво (ФАИ), золотая медаль и почетный диплом Международной ассоциации «Человек в космосе», золотая медаль и почетный диплом Итальянской ассоциации космонавтики, золотая медаль «За выдающееся отличие» и почетный диплом Королевского аэроклуба Швеции, золотая медаль Британского общ ...
Конец Ордынского ига
В 1492 году Иван III стал официально величаться «государь всея Руси». Но еще в 1480 году Иван III стал подготавливать политическую почву для свершения ордынского ига. Как только в Москве получили с Дикиго поля точное известие, что хан Ахмат со всей своей силой к Дону, великий князь выставил полки на Оке. Хан Ахмат, узнав, что на Оке выс ...