Карибский кризис. Причины и ход кризисаСтраница 5
Американский военный самолет-разведчик У-2 сделал фотоснимки, которые со всей убедительностью показывали строящиеся на Кубе стартовые шахты для баллистических ракет. 16 октября 1962 года эти снимки увидел президент Кеннеди. Первыми его словами были: «Мы должны их разбомбить». Подумав, он добавил: «Возможно…».[7]
Несколько дней ушло на получение дополнительных сведений по всем имеющимся каналам, обсуждение вопроса. Кеннеди и его ближайшие помощники встретились с министром иностранных дел СССР Громыко. Тот уже догадывался, о чем его хотят спросить и заранее приготовил ответ – ракеты доставлены на Кубу по просьбе кубинского правительства, имеют только тактические значение, призваны защищать Кубу от вторжения с моря и самим США никак не угрожают. Но прямого вопроса Кеннеди так и не задал. Тем не менее Громыко все понял и сообщил в Москву, что американцам скорее всего уже известно о планах размещения ядерного оружия на Кубе.[8]
Хрущев немедленно собрал совещание высшего военного и партийного руководства. Хрущев был явно напуган возможной войной и поэтому велел отправить Плиеву приказ ни в коем случае, чтобы не случилось, не применять ядерные заряды. Что делать дальше, никто не знал и поэтому оставалось только ждать развития событий.
А в это время в Белом Доме решали, как поступить. Большинство советников президента выступали за бомбардировку стартовых площадок советских ракет. Кеннеди колебался какое-то время, но в конце концов решил приказ о бомбовом ударе по Кубе не отдавать.
22 октября президент Кеннеди обратился по радио и телевидению к американскому народу. Он сообщил, что на Кубе обнаружены советские ракеты, и потребовал от СССР немедленно удалить их. Кеннеди объявил, что США вводят «карантин» Кубы и будут досматривать все суда, направляющиеся на остров для того, чтобы помешать доставке туда ядерного оружия.
То, что США воздержались от немедленной бомбардировки, было воспринято Хрущевым как проявление слабости. Им было направлено письмо в адрес президента Кеннеди, в котором он требовал от США снять блокаду Кубы. В письме по существу содержалась недвусмысленная угроза начать войну. Одновременно в средствах массовой информации СССР было объявлено об отмене отпусков и увольнительных для военных.
24 октября по просьбе СССР срочно собрался Совет Безопасности ООН. Советский Союз продолжал упорно отрицать наличие на Кубе ядерных ракет. Даже тогда, когда на большом экране всем присутствующим были показаны фотоснимки ракетных шахт на Кубе, советская делегация продолжала стоять на своем, как ни в чем ни бывало. Потеряв терпение, один из представителей США задал вопрос советскому представителю: «так есть на Кубе советские ракеты, способные нести ядерное оружие? Да или нет?»
Дипломат с непроницаемым лицом произнес : «В свое время вы получите ответ».[9]
Обстановка в Карибском море все более накалялась. К Кубе двигалось два десятка советских кораблей. Американские военные суда получили приказ остановить их, если потребуется - огнем. Американская армия получила приказ о повышенной боевой готовности, причем его специально передали в войска открытым текстом, без кодировки, чтобы об этом быстрее узнало советское военное командование.
Это достигло цели: по личному распоряжению Хрущева советские корабли, направлявшиеся на Кубу, повернули обратно. Делая хорошую мину при плохой игре, Хрущев заявил, что оружия на Кубе уже достаточно. Члены Президиума ЦК выслушали это с каменными лицами. Им было ясно, что, по существу, Хрущев уже капитулировал.
Чтобы подсластить пилюлю своим военным, которые оказались в унизительно глупом положении, Хрущев приказал продолжать достраивать ракетные шахты и собирать бомбардировщики ИЛ-28. Измученные солдаты продолжали работать по 18 часов в сутки, хотя ни малейшего смысла в этом уже не было. Царила неразбериха. Неясно было, кто кому подчиняется. Например, Плиев не имел права отдавать приказы младшим по званию офицерам, отвечавшим за ядерное оружие. На пуск зенитных ракет необходимо было получать разрешение из Москвы. В то же время зенитчиками был получен приказ всеми силами препятствовать американским самолетам-разведчикам.
Содержание декларации
Советско-японская совместная декларация 1956 года подписана 19 октября 1956 г. в Москве; вступила в силу 12 декабря 1956 г. В соответствии с Декларацией состояние войны, существовавшее между СССР и Японией с 9 августа 1945 г., было прекращено со дня вступления Декларации в силу; между двумя государствами восстанавливались мир и добросос ...
Наступление на общину
Опубликование указа 9 ноября 1906 г. было сигналом для развертывания беспощадного наступления на общину. Непосредственную реализацию указа осуществляло министерство внутренних дел, во главе которого стоял Столыпин. В ход был пущен весь аппарат местной администрации, не говоря уже о землеустроительных комиссиях. Проведение столыпинской « ...
Княжеская аристократия и боярство.
Опорой великого князя были бояре, составлявшие Боярскую думу. Слово «боярин» в узком смысле означало человека, получившего высший думный чин. В широком смысле боярином называли любого вотчинника. В последствии из этого слова родилось общее обозначение привилегированного землевладельца – барин. Русские бояре были гораздо теснее связаны с ...