Переход Л. А. Тихомирова из рядов революционеров в стан консерваторов
Страница 3

История » Общественно-политические взгляды Л.А. Тихомирова (конец 1880-х – 1910-е годы) » Переход Л. А. Тихомирова из рядов революционеров в стан консерваторов

В июне 1896 года он записал: «В какой-нибудь поганой республике, в Париже, если дают орден почетного легиона лавочникам, то дают и писателям. У нас же . будь ты хоть великим публицистом - хоть заслужи царю, как никто, - все останешься вне государства, вне его внимания. Это очень обидно, и не за себя, а за государство». [5] www.psexplorer.ru

Тихомиров чувствовал необходимость иметь влиятельного покровителя. Отсутствие деловой хватки - характерная черта многих русских консерваторов. Их патерналистские чаяния часто переносились и на личную жизнь. В отличие от своих предшественников - славянофилов и охранителей, они не имели никаких доходов с поместий, и, в отличие от своих либеральных современников, не могли вписаться в менявшиеся экономические отношения. Заботой Тихомирова становятся поиски постоянного и стабильного заработка. Он давно мечтал о службе.

Тихомиров не верил в свои силы, и сомневался в силе самодержавной России. Еще 18 сентября 1889 г. он писал о том, что сделать ему в общественном смысле ничего не удастся и констатировал, что Теперь задачу свою видит не в том, чтобы что-нибудь сделать крупное, а в том, чтобы «остаться маленьким, ничего крупного не делающим, а только исполняющим маленький ежедневный долг»[6]. «Ужасно трудно это. Воспитался на стремлении к грандиозному»[7].

Привыкнув за годы революционной деятельности и эмиграции к беспокойной жизни и неустроенности, Тихомиров, даже обретя службу и постоянное место жительства, так и не смог сделать уютной огромную квартиру на Петровке, выделенную ему как редактору правительственной газеты. Но тихая семейная жизнь была плохо несовместима с деятельностью Тихомирова. Как отмечал Сергей Фудель: «Лев Александрович боролся непреклонно и страстно в книгах, статьях и выступлениях за тепло в мире, за сохранение этого уходящего из мира тепла, но не знал, что надо начинать с борьбы за тепло в собственном доме . Он воевал за то, что он понимал как христианскую государственность, и свою жизнь воспринимал как жизнь в окопах этой войны»[8]

Постепенно во взглядах Тихомирова стал намечаться серьезный перелом, связанный не только с изменением политического мировоззрения, но и с обращением к религии. Уникальность духовного опыта Тихомирова заключалась в том, что он пришел к вере через революционную деятельность. Присутствие «высшей воли» в человеческой жизни давно ощущалось Тихомировым: «Еще в России, в 1879, 1880, 1881 годах, я, переживая жизнь заговорщика, почувствовал, что мы воображая делать все по-своему, действуем, однако, словно пешки, двигаемые чьей-то рукой, в виду достижения цели не нашей, а какой-то нам неизвестной Эта неизвестная рука действовала так властно, что я испытывал суеверный страх .»[9]

Определенным катализатором происходивших в душе Тихомирова изменений стал случай, когда он, в поисках ответа на мучившие его вопросы, открыл Новый Завет и наткнулся на слова: «И избавил его от всех скорбей его, и даровал мудрость ему и благоволение царя Египетского фараона .»[10]. Пытаясь расшифровать эту фразу, он пришел к выводу, что Бог указывает ему на Россию и на необходимость покаяния за прошлое. Полиция русская, в лице Рачковского, работала во Франции с крайней изобретательностью. На Тихомирова же, который в департаменте полиции считался «главным организатором всех злодеяний революционеров», естественно обращалось особенно чуткое внимание. Ко всему этому можно добавить полное безденежье, болезни жены и, наконец, ребенка. Но не стоит вслед за соратниками-революционерами говорить о слабости личности Тихомирова. Здесь дело глубже. Да, любой революционер, как и всякий человек цельного мировоззрения, проходил через подобные испытания и вопросы, которые ему задавала жизнь. Но это и есть та духовная или идейная борьба, которая идет в самой жизни. Ее исход и есть сама история, а ее временные итоги — победа тех или иных идей. В церковном народе это называется «посещением Божиим». Именно так это понимал и сам Тихомиров. Впоследствии Лев Александрович напишет, что революция была борьбой с «основным русским фондом души» .

В 1888 г. в Париже вышла брошюра Тихомирова «Почему я перестал быть революционером». Смысл брошюры был очень прост. Чем менее страна желает революции, тем больше революционеры вынуждены становится на путь терроризма. На её страницах Лев Александрович поясняет причины выхода из «Народной воли», обвиняя нынешних революционеров в кружковщине и не способности к великим делам. Тихомиров констатирует, что французская жизнь показала действительно драгоценные стороны культуры и ничтожную цену революционных идеалов. Его брошюра «Почему я перестал быть революционером» стала крупнейшим обличительным документом террористической эпохи в России. Тогда же он направил на Высочайшее имя прошение, в котором выразил раскаяние в своей прежней революционной деятельности и попросил разрешения вернуться на родину. Александр III простил человека, некогда дерзнувшего ставить ему ультиматум, прибавив, что будет очень рад сделать все возможное для Тихомирова.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Забота о потомстве
Динозавры откладывали яйца, точь-в-точь как современные птицы. Детёныши некоторых динозавров вылуплялись из яйца уже вполне самостоятельными, они могли постоять за себя и сразу покидали гнездо. У других видов ящеров потомство кормила и защищала мать до тех пор, пока малыши не становились достаточно взрослыми, чтобы самим позаботиться о ...

Россия и страны СНГ
Соглашение о создании СНГ можно было интерпретировать как акт об учреждении конфедерации. СНГ многим виделся как обновленный, более мягкий вариант СССР: в уменьшенном составе и с новым уровнем самостоятельности республик, но с общими вооруженными силами, валютой, внешней политикой, без внутренних границ или с прозрачными границами. Одна ...

Расширение НАТО и Россия
До 1996 г. Запад не услышал от России «нет» ни по одному значимому вопросу международной жизни. Министр иностранных дел РФ А. Козырев видел ошибку советской дипломатии в том, что она слишком много внимания уделяла защите национальных интересов. Как это было Американский политолог, президент Центра Никсона за мир и свободу Дм. Саймс вс ...