Государственное сообщество Сербия и Черногория
Страница 2

История » Независимость новых югославских государств » Государственное сообщество Сербия и Черногория

Позже место премьер-министра Косово занимали представители еще одной партии - Союза за будущее Косово. В 2006 г. премьер-министром стал также принадлежавший к этой партии генерал Агим Чеку - воевавший с сербами еще в рядах хорватской армии, позже в ОАК, а затем возглавивший Косовский защитный корпус.

Чуть раньше, в конце 2005 г. в косовском урегулировании наступил своего рода переломный момент. Если раньше мировое сообщество выступало за обеспечение в крае демократических стандартов как главное предварительное условие начала переговоров о статусе Косово, то теперь этого уже не требовалось. Поиски статуса края перешли в практическое русло. В феврале 2006 г. начался переговорный процесс между делегациями Сербии и косовских албанцев. Начало нового этапа в решении косовского вопроса совпало с кончиной И. Руговы - харизматического лидера косовских албанцев. На его место парламентом края был избран представитель Демократической лиги Косово Фатмир Сейдиу.

21 мая 2006 г. на референдуме, предусмотренном еще в конституционной хартии государственного сообщества, большинство жителей Черногории (55,5%) выступило за полный суверенитет своей республики.3 июня парламент Черногории провозгласил ее независимым государством. Общая 88-летняя история Сербии и Черногории закончилась.

На первых после приобретения независимости черногорских парламентских выборах, состоявшихся в сентябре 2006 г., убедительную победу одержала правящая коалиция Демократической партии социалистов Черногории и Социал-демократической партии. М. Джуканович, оставшись лидером ДПСЧ, подал в отставку с поста премьер-министра. Его место занял Желько Штуранович.

28-29 октября 2006 г. на всенародном референдуме была одобрена новая конституция Сербии.

Экономическая ситуация в Сербии и Черногории крайне тяжелая. Заметно упал спрос на традиционные товары сербского экспорта на рынках Центральной и Восточной Европы, особенно на постсоветском пространстве. Все еще не преодолены последствия всеобъемлющих санкций против СРЮ и беспощадных натовских бомбардировок ее промышленных объектов. Предоставляемая сейчас иностранная помощь невелика по размеру. В Сербии она еще и обставлена всевозможными условиями, в том числе и сотрудничеством страны с Гаагским трибуналом по бывшей Югославии.

Время, последовавшее за распадом СФРЮ, оказалось тяжелейшим испытанием для внешней политики Белграда. Сербское руководство не могло безучастно относиться к тому факту, что во все конфликты на постюгославском пространстве оказались вовлеченными местные сербские общины. Оказывавшаяся им политическая, моральная и военная помощь, масштабы которой нередко завышались антисербской пропагандой на Западе, привели СРЮ к международной изоляции. Было приостановлено ее членство в ООН, Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе, Совете Европы и других международных и региональных организациях, против сербского руководства выдвигались обвинения в причастности к геноциду. Эпизодические попытки переориентации на Россию носили скорее демонстративный характер, как это было, например, с решением югославского парламента в 1999 г. о присоединении СРЮ к Союзу России и Белоруссии. К тому же усилия Белграда не находили соответствующего отклика в Москве. Российское руководство, не будучи в состоянии эффективно контролировать развитие ситуации даже в странах ближнего зарубежья, проявляло все меньше интереса к традиционным сферам влияния России на Балканах.

Позже черногорское руководство, а после "октябрьской революции" 2000 г. и сербское, приступили к изменению вектора своей внешней политики, пользуясь тем, что западные страны активно поддерживали оппозицию режиму Милошевича. Ими был взят курс на интеграцию в европейские и трансатлантические структуры, прежде всего на присоединение к натовской программе "Партнерство ради мира" и достижение соглашения об ассоциации с Евросоюзом. Отношения с Россией по-прежнему далеки от того достаточно высокого уровня, который они традиционно имели во внешней политике как Сербии, так и Черногории.

Страницы: 1 2 

Катар во 2-й половине XIX в.: между Британией и Османской империей
Упорное нежелание катарских шейхов вступать в какие-либо отношения с Англией объясняется во многом тем влиянием, которым продолжали пользоваться в этой стране ваххабиты. Формальная зависимость от Порты давала возможность ссылаться при этом на международную правовую практику. В 1-й половине XIX в. Англия мирилась с таким положением дел: ...

Монгольская империя в 40—60-х годах XIII в.
При Чингис-хане аппарат управления Монгольским государством был весьма несложным. У него было некоторое количество уйгурских писцов, которые и обслуживали его личную переписку. В дальнейшем на службу к монгольским феодалам перешел ряд чиновников из Китая, главным образом из киданей и чжурчженей, принесших с собой многие навыки китайской ...

Сталинградское сражение
Еще во время ожесточенных осенних боев Ставка Верховного Главнокомандования приступила к разработке плана грандиозной наступательной операции, рассчитанной на окружение и разгром главных сил немецко-фашистских войск, действовавших непосредственно под Сталинградом. Большой вклад в подготовку этой операции, получившей условное название &q ...