Лагерь Джельфа

Лагерь в Джельфе официально именовался «концлагерем для политических интегрированных». Комендантом был французский офицер по фамилии Кабош.

«Расположенный на склоне холма, лицом к северу, открытый холодным ветрам, лагерь имел форму огромного прямоугольника, обнесенного тремя рядами колючей проволоки, - пишет Александр Рубакин. – Вдоль проволоки стояли жалкие соломенные шалаши, у которых несли охрану закутанные в бурнусы арабы. В каждом углу с особой башенки на лагерь глядело дуло пулемета.

Скользкая, глинистая дорога пересекала лагерь, и по обе стороны от нее белели остроконечные грязные белые палатки. В другом конце лагеря высились два длинных барака, один уже готовый, другой с неоконченной стеной и без крыши. Бараки были из необожженных оштукатуренных кирпичей. В самом конце лагеря было небольшое пространство, огороженное колючей проволокой, где стояло семь палаток. Вход сюда был через ворота, запиравшиеся на замок. Туда то нас и повели.

Это был так называемый «специальный лагерь», куда сажали на некоторое время всех вновь прибывающих.

Это были палатки на шесть человек, военного образца. Нас было десять. Пол в палатке земляной, между дырявыми краями палатки светились щели, оттуда дул ветер. Вся палатка держалась на центральной мачте, поставленной на камни и не прикрепленной к земле. В палатках не было ни циновок, ни соломы. Пришлось разостлать одеяло на сырой земле.» (стр. 100)

В темные зимние ночи порывы ветра вырывали колышки, к которым привязывалась палатка. От леденящего ветра они просыпались. Сквозь дыры в палатку проникал снег и дождь. Бывало даже что люди просыпались занесенные снегом. В палатках не было не освещения, не отопления. От хронического голодания и холода, многие страдали полиуремией и поносом. Чтоб выйти из палатки, людям приходилось предупреждать об этом охранника – араба и получить у него разрешение.

День начинался в семь утра, с проверки. Кабош заставлял всех работать на него. Метод был прост: отказавшимся, включая Рубакина, стали давать только воду, в которой плавала кожура от бобов. Люди голодали и были вынуждены уступить коменданту лагеря.

К весне 1942 года в лагере закончили строительство бараков и переселили туда заключенных. Но от этого людям лучше не стало. Крыши протекали, окна забили, оставив лишь маленькие щелочки для света. Внутри в два этажа были сделаны нары из необструганных досок. Земляной пол в сухую погоду покрывался пылью а во время дождя там была грязь.

За малейшие проступки, такие как: доставка продуктов в лагерь, разведение огня, опоздание на проверку- сажали в тюрьму. В тюрьме поперебывала половина лагеря, в том числе и Рубакин. В тюрьме Рубакин провел 17 дней. Перед отправкой в тюрьму людей обыскивали, отбирали все вещи – курить, писать, читать было запрещено. Обычно зимой людей на 3-4 день из тюрьмы отправляли в госпиталь.

С первых дней заключения Рубакин вел дневник, который писать было не легко: приходилось прятать от начальства, обыска, от шпионов. Писать приходилось сидя на полу.

Небольшие выписки из дневника:

«9 декабря 1942 года. Зима началась. Весь день и всю ночь дует ветер. Еда ухудшается.

22 декабря. Из тюрьмы вернулось двое арестованных – совершенно больные. Их отпустил врач даже не осмотрев. Кабош встретил на дороге одного молодого испанца, дал ему за что-то пощечину и послал в тюрьму…» (стр. 104)

« 11 января. Кабош свирепствует. Вывесил объявление, запрещающее приближаться к проволоке ближе, чем на 6 метров, а за «саботаж» внутри лагеря вводит суровые наказания. Дело в том, что мы спилили на топливо несколько столбов, на которых подвешена проволока…

Радостные новости из СССР: освобождены Георгиевск, Минеральные Воды. Вот откуда придет наше спасение » (стр. 105)

«11 апреля. Нам разрешили ходить в город за покупками. Хлебный паек увеличен до 400 граммов в день…» (стр.109)

Последние сутки своего пребывания в неволе Рубакин описывает следующим образом. «Я шел, как во сне, глупо улыбаясь. Потом вернулся в город, купил вина, соленой рыбы и понес все это в Кафарелли. Часовые –арабы изумленно на меня посмотрели- я шел без стражи. В Кафарелли все наши товарищи уже знали о моем освобождении и чуть не раздавили в объятиях.

Годы лагерной жизни кончились. В эту ночь я заснул только на рассвете…»(стр. 110)

Война с Третьей коалицией
18 мая 1804 Наполеон был провозглашен императором. Европа восприняла установление Империи как свидетельство новых агрессивных намерений Франции, и она не ошиблась. 17 марта 1805 Итальянская республика превратилась в королевство Италия; 26 мая Наполеон возложил на себя итальянскую корону; 4 июня он присоединил к Франции Лигурийскую респу ...

Правление Ивана III и Василия III
Иван III – одна из ключевых фигур нашей истории. Иван III (1462-1505) еще при жизни слепого отца стал его соправителем. Он получил престол, когда ему было 22 года. Бедствия, постигшие князя в юности, закалили его волю. Взойдя на трон, Иван III все силы употребил на то, чтобы расширить свои владения и подчинить себе все русские земли. Дл ...

Политические просчеты и успехи.
К несчастью, Первый был окружен советниками, которые сводили на нет многие разумные назревшие преобразования или заменяли их чисто организационными решениями, нередко не взвешенными, не проверенными, не продуманными. Так что система новых экономических взаимоотношений так и не была определена. Все было сделано наспех, при большом сопрот ...